?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Кто выплатил в итоге компенсации пострадавшим от заражения ВИЧ семьям в Бенгази? Кто стоял за долгими переговорами об освобождении болгарских медсестёр и палестинского врача из ливийской тюрьмы? Кто получил наибольшую выгоду от освобождения медиков?

 
В 2007-ом году Ливия выпустила на свободу пятерых болгарских медсестёр и палестинского доктора, обвинённых в заражении детей вирусом гепатита и ВИЧ. Официально в освобождении медиков решающую роль сыграла Франция, а именно бывшая супруга Николя Саркози, Сесилия, которая, прибыла в июле 2007 года Ливию, по её словам, с гуманитарной миссией как «женщина и мать», а по сообщению Елисейского дворца – в качестве «личного посланника главы государства». Мадам Саркози, однако, затем отказалась выступить с показаниями перед парламентской комиссией по расследованию данного дела.

В деле, в котором оказались заложниками шесть медиков, много вопросов. Начиная с того, каким образом были заражены дети в Бенгази, заканчивая противостоянием экономических интересов в Ливии Европы против США и делом Локерби.

Телеканал ARTE показал в 2008 году репортаж  Мари-Лор Видмер Баджолини и Анны-Фредерики Видманн, в котором они попытались провести своё расследование болгаро-ливийской саги. 
Материал очень большой, поэтому я оставила самые интересные выдержки. Почти беспрерывный перевод начинается с момента «Только спустя два года после ареста медиков, в 2001 году, болгарское правительство приступает к рассмотрению дела со своей стороны» - в фильме нет хронометража, этот момент наступает примерно после 1/3 фильма, когда прекращается рассказ врача о больнице в Бенгази, и начинают показывать Болгарию.

«Все помнят дело болгарских медсестёр и палестинского врача, шестерых людей, приговорённых к смертной казни ливийским судом по обвинению в заражении ВИЧ более 400 детей в больнице города Бенгази. На протяжении более 8 лет этих людей подвергали пыткам. В июле 2007 года они были наконец освобождены. Операция по освобождению освещалась в прессе очень широко – все репортажи пестрят фотографиями Сесилии Саркози, стоящей рядом с медсёстрами и врачом. Елисейский дворец пожинает лавры. Именно таким образом французская пресса представляет исход этого дела. На самом деле всё обстоит намного сложнее. В нашем репортаже вы увидите, что освобождение стало результатом длительных дипломатических переговоров, многочисленных интриг и выгодных контрактов. Главные действующие лица этого дела согласились дать интервью двум швейцарским коллегам Мари-Лор Видмер Баджолини и Анне-Фредерике Видманн.

Эти кадры обошли весь мир. Пять болгарских медсестёр и палестинский врач были освобождены 24 июля 2007 года. Мир ещё не знает, что их возвращению в жизнь предшествовали годы, тянувшиеся как призраки. Сегодня, после 8 лет разлуки Валя Червеняшка снова со своим мужем Эмилем.

Ашраф, палестинский врач, разделил участь Вали. Сейчас он живёт со своей семьёй в Голландии, где они получили политическое пристанище.

Ашраф: «Ливия была для меня родным домом. Меня привезли в эту страну, когда мне было два года, я вырос там. Я действительно любил эту землю и этот народ.

Вопрос: «Какого мнения вы были о Каддафи в то время?»

Ашраф: «Первые тридцать лет моей жизни я считал его почти своим отцом. За всё. Вы знаете, эта история причиняет мне большие страдания».

Только спустя два года после ареста медиков, в 2001 году, болгарское правительство приступает к рассмотрению дела со своей стороны. Его стратегия – возобновить диалог с Триполи, избегая критики и клеймения Триполи. Эту политику разработал бывший министр иностранных дел Болгарии Соломон Пасси.

Соломон Пасси: «Первый контакт с ливийским правительством мы установили сразу после нашей победы на выборах в июле 2001 года. Мы поняли, что урегулировать это вопрос невозможно, не вступив в диалог с Ливией. Это было первой трудной задачей. Второй трудностью было придать делу международный статус, привлечь внимание США и ЕС. Это было сложно, поскольку на тот момент Болгария не являлась ни членом ЕС, ни членом НАТО.

Болгария находит человека, ниспосланного ей самим провидением. Француз Марк Пьерени, талант которого пригодился Европейской комиссии. Этот дипломат будет в центре всех будущих переговоров, но Брюссель пока ещё не слышит призыва о помощи со стороны Болгарии». 

Марк Пьерени: «Я полагаю, что это произошло просто в результате царящего крайне негативного контекста, в котором находились отношения Ливии с Западом. Никто не услышал этой просьбы. Во всяком случае, это дело было сопряжено со стольким количеством сложностей, закрытых и безнадёжных дел, что ему невозможно было дать ход».

Дело, которое вызывало наибольшее раздражение в Европе – это Локерби. В 1988 году самолёт авиакомпании PAN AM был взорван над этой шотландской деревней. Погибли 270 человек. Представлены доказательства, Ливия заявляет о своей непричастности и взывает к правосудию, но обвинение падёт именно на неё. После введения международных санкций против Ливии полковник Каддафи вынужден передать британскому правосудию одного из своих людей – Абдельбасета Меграхи. Локерби сыграет очень серьёзную роль в деле болгарских медсестёр.

Монсеф Джазири, специалист по Ливии, университет Лозанны: «Вероятно, для Каддафи это была также возможность попытки создать некое соотношение сил. Сказать, что это шантаж - очень упрощенный подход. Это означает, что он хотел показать, вероятно, в некотором смысле, что и другие могут быть несправедливо обвинены, как, по его мнению, были обвинены ливийцы в деле самолёта PAN AM».

Оба процесса – Локерби и болгарских медсестёр – начинаются в 2001 году с промежутком в несколько недель. Участь обвиняемых, кажется, предрешена. В мае 2004 года суд выносит смертный приговор медсёстрам и Ашрафу.

Быстрыми и верными шагами Европа и Ливия открывают новую главу в своих взаимоотношениях. Полковник Каддафи отказался от производства оружия массового уничтожения и выплатит компенсацию жертвам Локерби. За это он получает разрешение разбить своё шатёр в Брюсселе, и ЕС снимает с Ливии часть санкций.

Марк Пьерени: «Это означало снятие эмбарго и решение совета министров, принятое 11 октября 2004 года, начать положительное взаимодействие с Ливией - это вопросы нелегальной иммиграции, энергоресурсов, рыболовства, бизнеса и дела Бенгази».

Вопрос: «В последнюю очередь?»

Марк Пьерени: «Да, этот вопрос стоял последним в списке, но рассматривался в двух плоскостях, и это важно понимать. С одной стороны, требование освободить медперсонал, с другой – отнестись с состраданием к жертвам заражения ВИЧ в Бенгази. 20 марта полковник Каддафи заявил, что он не освободит медперсонал, поскольку никого не интересует судьба детей. Им дали какие-то лекарства, но сами они никого не интересуют. Для Ливии это стало основополагающим вопросом. После этого, через полтора месяца госпожа Ферреро-Вальднер отправилась в Бенгази, где она встретилась с детьми, чего не сделал до неё ни один европейский политик. После посещения детей она незамедлительно отправляется с визитом в тюрьму и ясно даёт понять, что мы хотим освободить заключённых, поскольку они невиновны. Затем она встречается с полковником и говорит с ним о ситуации. Это первый раз, когда Каддафи слышит о взвешенном подходе и судебном процессе, который начался с применения пыток. В конце беседы он заявил Ферреро-Вальднер: «Мадам, вы очень смелая».

Предложение ЕС (построить больницу в Бенгази) стоит 12000 евро – немного, принимая во внимание поставленные на кон интересы. Ливия открывается, и западные демократии начинают возобновлять нормальные и, в частности, очень выгодные взаимоотношения с Триполи. Сотрудники европейских дипломатических представительств начинают внезапно проявлять интерес к судьбе болгар, но их мотивация не имеет ничего общего с гуманными соображениями.

Монсеф Джазири, специалист по Ливии, университет Лозанны: «К сожалению, я боюсь, что это, на самом деле, не является защитой прав человека. Я полагаю, что это защита интересов, а также конкуренция между Европой и США. Кто установит за собой самое привилегированное положение на ливийском рынке, получит контракты и пр.».

Получив прекрасные перспективы, главы государств начинают прибывать в Триполи – Берлускони, Блер, Ширак, Шрёдер – все хотят засвидетельствовать своё почтение диктатору, которое способствует улучшению имиджа полковника. Драма болгарских медсестёр является последним препятствием на пути к медовому месяцу с Триполи. В обстановке абсолютной секретности начинает собираться группа переговорщиков. За столом переговоров встречаются болгары, ливийцы, американцы и англичане, а также Марк Пьерени, переговорщик со стороны Европейской комиссии.

Марк Пьерени: «Ливийская сторона заявляет: «Сожалеем, существует решение суда, смертный приговор, а по закону Ливии, всё, что можно сделать, это попросить прощение у семей, а для этого им надо заплатить».

Вопрос: «Заплатить цену за кровь?».

Марк Пьерени: «Именно. Это традиция. Цена за кровь – 10 миллионов евро за каждого пострадавшего. Сумма не обсуждается, почему именно 10 миллионов, никто не знает. За жертв Локерби Ливией было заплачено по 10 миллионов долларов. Им объясняют, что это невозможно. И мы продолжаем переговоры».

Неожиданная развязка наступает в декабре 2006 года, когда ливийский суд подтверждает смертный приговор.

Соломон Пасси: «Я был уверен, что мы сможем избежать приведения в действие смертного приговора. Смертный приговор был вынесен без намерения его осуществления. Смертный приговор был просто самым большим козырем, который ливийская сторона могла получить при переговорах. И она его получила. Я знал, что для них это было необходимостью, но я также знал, что они никогда не казнят медперсонал».

Вопрос: «Они поднимали ставки?»

Соломон Пасси: «Точно так».

Каддафи слишком богат, чтобы хотеть денег. Что он хочет получить прежде всего – это политическую выгоду. 35-летний Саиф аль-Ислам Каддафи, сын-вундеркинд, который в один прекрасный день может стать руководителем Ливии. На него возложена миссия – в феврале 2007 года он пишет письмо Бените Ферреро-Вальднер.

Бенита Ферреро-Вальднер, комиссар ЕС по внешним связям: «В этом письме Саиф аль-Ислам предлагает рассмотреть возможность взаимоотношений ЕС и Ливии. Но его предложение носило достаточно общий характер. Я позвонила Саиф аль-Исламу, с которым не была знакома лично, и в конце нашего разговора он согласился встретиться со мной в совершенно конфиденциальной обстановке, с глазу на глаз. Мы обсудили, какие шаги мы могли бы предпринять. Но дело было еще не закончено».

За выражение своей доброй воли Саиф аль-Ислам желает заключить с Европой хорошее партнёрство. Он также хочет добиться освобождения Меграхи, обвинённого в планировании теракта над Локерби. Эти переговоры идут не только в официальной обстановке, но также и по каналам намного менее дипломатическим. Каддафи-младший, принимающий активное участие как посредник, встречается с секретными службами Болгарии.

Вопрос: «Какую роль сыграли во всём этом секретные службы Болгарии?»

Георгий Милков, журналист: «Огромную. Особенно, что касается разведки Болгарии, которая тесно сотрудничала с британской разведкой. Вместе они смогли установить сотрудничество с 20-ю другими службами разведки, в том числе Моссадом и ливийской разведкой».

Вопрос: «В июле 2007 вы снова встретились с Саифом Каддафи. Что он хотел тогда сообщить?»

Георгий Милков, журналист: «Мы встретились в Париже. У него были новости, он сказал, что составил «дорожную карту», которая решит все проблемы, и что освобождение болгарских медсестёр не за горами. Я спросил его, есть ли что-то ещё, чего он хочет, кроме этой «дорожной карты» - деньги, как с Бенгази, освобождение Меграхи. Вопрос об обмене Меграхи на медсестёр рассматривался. Он мне объяснил очень по-человечески: «Послушай, вы считаете, что ваши медсёстры невиновны? Так же и мы убеждены в том, что Меграхи невиновен. Вы хотите забрать медсестёр, мы хотим забрать его. Это не торг, поскольку оба дела совершенно равноценны». Я спросил его, будет ли болгарское дело решено после того, как разрешится дело с Меграхи. Он мне ответил: «Да».

Несколько недель спустя освобождение Меграхи становится возможным. В мае 2007 года Тони Блер подписывает меморандум, позволяющий экстрадицию ливийского заключённого. В июне шотландский суд даёт разрешение ливийскому заключённому подать апелляцию. В это же время переговорщики создали фонд для возмещения ущерба пострадавшим в Бенгази и для урегулирования дела болгарских медсестёр. Но ЕС и Болгария отказываются выплачивать пострадавшим компенсации или откупаться открыто. Они действуют очень дипломатично, прибегая к гуманитарным формулировкам. Но именно в это время Болгария идёт на уступку, исчисляющуюся миллионами.

Феим Чаучев, министр иностранных дел Болгарии и переговорщик: «Болгария простила Ливии внешний долг, который составлял 20 миллионов, а с процентами – 56 миллионов долларов. Эта сумма стала той суммой, которую Болгария внесла в Фонд. Остальные денежные вливания должна была сделать ливийская сторона».

Монсеф Джазири, специалист по Ливии, университет Лозанны: «Нужно было разрешить сложившуюся ситуацию, и пострадавшие должны были получить компенсацию. Европейцы не хотели платить пострадавшим, а условием освобождения медсестёр была выплата компенсаций пострадавшим. Поэтому ливийцы должны были оказать в той или иной мере содействие, с тем чтобы пострадавшие получили компенсацию, а дело болгарских медсестёр завершилось бы их освобождением в том случае, если оно выйдет на международный уровень».

Марк Пьерени: «Семьи и правительство договорились между собой о том, что сумма компенсации составит миллион долларов. К этой сумме не имею отношения ни я, ни Европейская комиссия, ни кто бы то ни было другой. Это было их решение. И что же за этим последовало? Мы ведём переговоры с правительством, которое нам говорит, что внесёт в фонд аванс».

Вопрос: «Ливия вносит аванс в фонд?».

Марк Пьерени: «Ливия вносит в фонд 460 миллионов долларов».

Вопрос: «Это означает, что они согласились сами компенсировать семьям пострадавших?»

Марк Пьерени: «Они согласились временно выплатить компенсации с требованием их последующего возмещения от международного фонда по мере поступления возможных добровольных пожертвований».

«На дипломатическом жаргоне «добровольное пожертвование» означает «никакое пожертвование».

«Каддафи, кажется, не принимает никакого участия в политических переговорах. Франция, однако, внезапно становится участником игры. Николя Саркози предлагает Каддафи сделку – освободите медсестёр, и я приеду в Триполи. Но что стоит за этим предложением, и интересует ли оно полковника?»

Марк Пьерени: «Это говорит об уровне ситуации. Президент республики хочет лично посетить страну. Это основное. Тот факт, что Саркози посылает к Каддафи свою супругу в качестве личного посланника – это не то же самое, как если бы он послал туда своего посла или какого-либо переговорщика. И потом эти соглашения, которые Франция готова подписать».

ЕС также делает Ливии авансы. За несколько часов до освобождения медсестёр Бенита Ферреро-Вальднер достигает с Ливией соглашения о широком сотрудничестве. Сделка осуществляется, потому что Франция в итоге пригласила комиссара совершить совместную поездку в Ливию. Самолёт президента Франции приземлился в Триполи 22 июля. Он будет стоять на взлётно-посадочной полосе в течение 40 часов переговоров и напряжения».

Вопрос: «Расскажите нам о дне освобождения».

Марк Пьерени: «Очень сложный день. Очень нервный. Проходил в наэлектризованной атмосфере, потому что всё время требовались какие-то бумаги, какие-то подписи. В половину первого ночи у нас ещё ничего не готово, моя делегация находится в аэропорту, все нервничают, ничего не происходит. И наконец в шесть утра бывших заключённых привозят в полицейской машине. Нервозность была такая, что все боялись, что ничего не получится. А потом, наконец, всё было подписано, и оставалось только выйти из аэропорта».

Вопрос: «Публике представили это как победу французской делегации, которая освободила медсестёр».

Марк Пьерени: «Французской публике. Я очень спокойно к этому отношусь, поскольку медсёстры прекрасно знают, что произошло, правительство Болгарии прекрасно знает, что произошло, и, скажем так, если зрелищное представление Франции содействовало вынесению решения - прекрасно».

Фрагмент выступления Николя Саркози: «Я могу вас уверить, что ни Европа, ни Франция не сделали никакого денежного вклада. Пользуясь случаем, я хочу сердечно поблагодарить власти Катара за их посредническую гуманитарную миссию».

Марк Пьерени: «Ходят разговоры о денежном вкладе Катара. Я его пока не видел. Возможно, наступит тот день, когда власти Катара его сделают».

Катар не платил ничего, и эта тонкая игра позволяет каждой из сторон выглядеть достойно. Но один из участников держит голову выше остальных – это Николя Саркози.

Фрагмент выступления Николя Саркози: «Я хочу уточнить, что Европа и Франция осуществили гуманитарную и политическую миссию. Завтра с министром иностранных дел Кушнером я совершу поездку в Ливию, чтобы помочь Ливии вернуться в содружество наций».

Помощь Франции последовательна и мощна. 25 июля Саркози и его министр подписывают с Каддафи ряд соглашений, которые Париж старается сохранить в тайне, но СМИ вскоре обнародуют факты. Франция заключила с Ливией масштабное сотрудничество – она продаст Ливии атомные технологии для гражданских нужд и будет осуществлять широкое сотрудничество в вопросах обороны, продавая Ливии вооружение. Эти контракты обсуждались в течение месяцев ещё во время президентства Ширака, но благодаря тому, что они были подписаны после освобождения медсестёр, Каддафи принимает визиты. В чём на самом деле заключаются обязательства Франции, и каковы будут их последствия? Ни Елисейский дворец, ни МИД не пожелали дать объяснений своей благосклонности к Каддафи.

АВТОР olgakaetziro

Метки:

Comments

( 3 комментария — Оставить комментарий )
ljtimes
10 апр, 2011 08:43 (UTC)
Ваш пост опубликован в LJTimes
Редакторы LiveJournal посчитали ваш пост интересным и добавили его в дайджест LJTimes по адресу: http://www.livejournal.com/ljtimes
da_yan
10 апр, 2011 17:01 (UTC)
Невероятные истории
Как хочется,чтобы в Ливии по скорее наступил мир.
Господи, уроды типа саакашвили и шеварднадзе-детоубийцы ходят по земле и интервью дают, а запад им деньги выделяет, а Ливия за других ответила, чтобы наступил МИР в семьях погибщих в самолёте .....
Боже, какая несправедливость, однако:(((
kayfadin
11 апр, 2011 03:27 (UTC)
Правительство, которое воюет против собственного народа не имеет право на власть.
( 3 комментария — Оставить комментарий )

Profile

zarava
Зара Валиева

Latest Month

Март 2013
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31      

Метки

Разработано LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow